Единственная фантастика Кубрика

Искусственный интеллект все больше проникает в наши жизни и технологии, и кто-то нет-нет да и задается тревожным вопросом, как далеко ИИ может зайти, прежде чем вытеснит человека или решит, что homo sapiens вредит его работе… Причем речь здесь не о мировом и сокрушительном бунте машин, а именно о решении ИИ сделать задачу приоритетнее жизни человека. Почти 60 лет назад Стэнли Кубрик, уже становившийся героем нашей традиционной пятничной рубрики «Полка с кассетами», осветил подобную тему, равно как другую, не менее важную и даже философскую — существование внеземной жизни — в кинофантастике «2001 год: Космическая одиссея».

«Одиссея» — единственный спуск Кубрика в недра жанра научной фантастики, однако он оставил несомненно яркий и вдохновляющий несколько поколений кинематографистов след. Дотошность режиссера к препродакшену и съемкам стала важной причиной того, что этот космический фильм, особенно интерьеры корабля «Дискавери», смотрится хорошо и в 2025 году, отображая будущее человечества, хотя лента была снята в 1968-м. Как это часто бывает, фильм поначалу не имел финансового успеха. Студия MGM планировала снять его с проката, однако несколько владельцев кинотеатров убедили их продолжить показ.

В день премьеры многие недоумевали от увиденного. Актер Рой Хадсон, также присутствовавший на ней, спросил: «Кто-нибудь объяснит мне, что это, черт возьми, такое?». Писатель Артур Кларк, к которому Кубрик, бывший в поиске идей для фильма и заинтересованный в идеях внеземной жизни, изначально и обратился, однажды сказал: «Если вы полностью поймете "Космическую одиссею", значит, мы потерпели неудачу. Мы хотели поднять гораздо больше вопросов, чем дали ответов». Впрочем, позже Кларк выразил опасение, что фильм слишком сложен для восприятия, и более подробно объяснил некоторые моменты в новеллизации.

А основой для «Одиссеи» стал рассказ Кларка «Часовой». Он был написан в 1948 году и опубликован в 1951-м в журнале Ten Story Fantasy. По сюжету, на Луне обнаруживают артефакт, оставленный инопланетянами миллиарды лет назад. В картине люди неоднократно сталкиваются с артефактами, таинственными черными монолитами, воздействующими на ход человеческой эволюции. И экспедиции с астронавтами Дейвом Боуменом (Кейр Дуллеа), Фрэнком Пулом (Гэри Локвуд), а также сверхразумным компьютером HAL 9000, имеющим полный контроль над кораблем, нужно разобраться в этой загадке.

Перед началом съемок своего первого и единственного в карьере сай-фая (но снятого очень по-кубриковски, тревожно и со смысловым ключом ко многим вопросам) режиссера волновало восприятие зрителями фантастического кино. В начале 60-х сай-фай казался чем-то, нашедшим пристанище на детских утренниках и в фильмах категории Б. Внеземная жизнь изображалась в виде зеленых человечков и летающих тарелок, фантастика ассоциировалась с коллекционными карточками «Марс атакует» и Баком Роджерсом.

Кубрик же считал необходимым показать, что вопрос достоин более серьезного внимания. Одиноки ли мы во Вселенной — таким, по его мнению, был один из важнейших вопросов для человечества. И «Одиссею» он хотел снять так, чтобы она точно не воспринималась как очередной космический «замес» с инопланетянами и напуганными девушками. По словам Кубрика, он пытался создать «визуальное переживание, к которому нельзя будет приклеить вербальный ярлык. Оно проникает в ваше подсознание, воздействуя эмоционально и философски».

Это переживание действительно может таить в себе много смыслов, тревожить и казаться не до конца изученным и ясным. По словам Дугласа Трамбулла, создавшего уникальные визуальные эффекты не только к «Космической одиссее», но и к ряду других известных проектов вроде «Бегущего по лезвию», общий объем отснятого материала «Одиссеи» по итогу оказался примерно в 200 раз больше финальной, выпущенной в прокат версии фильма. Лента также не пестрит диалогами, играя на визуальных образах и актерской игре. Первые 25 минут диалоги вообще отсутствуют, равно как и в последние 23 минуты, и с учетом продолжительности фильма, этих двух длинных отрезков и пары более коротких, больше половины ленты происходит на наших глазах без разговоров. Послание «2001: Космической одиссеи», как считал Стэнли Кубрик, нельзя описать словами.