Когда человечность — не пустое слово для сценариста

Когда только началось обсуждение сюжетных линий для второго сезона «Больницы Питт», звезда и исполнительный продюсер Ноа Уайли, а также продюсеры Р. Скотт Геммилл и Джон Уэллс уже знали, что в новой главе хотят отдать дань уважения еврейской и мусульманской общинам Питтсбурга спустя почти восемь лет после террористической атаки в синагоге «Древо жизни». В октябре 2018 года из-за этого теракта погибли 11 человек и еще шестеро были ранены.
 
В третьем эпизоде «9:00» доктор Робби в исполнении Уайли помогает лечить пациентку-еврейку, которая получила ожог от фейерверков. Позже она призналась, что страдает посттравматическим стрессовым расстройством из-за звуков выстрелов, которые она слышала в синагоге во время массовой стрельбы.

«Тот факт, что это было настолько значимое событие для города Питтсбурга, казался прекрасной возможностью, — говорит Уайли, который также выступил сценаристом этого эпизода. — Когда я начал изучать эту тему, больше всего меня тронула реакция сообществ после трагедии: протест мусульманской общины и проявление солидарности с еврейской общиной Питтсбурга, их совместная работа в скорби и трауре».
 
Пациентка Яна специально упоминает, что именно мусульманская община финансировала похороны жертв страшного преступления на почве ненависти и антисемитизма.
 
«Невозможно снимать медицинский сериал в Питтсбурге с еврейским врачом, не коснувшись этой темы, — добавляет Геммилл. — Это казалось очень важной историей, которую нужно рассказать. В ней есть важные элементы, о которых либо не говорили, либо они не попали в новостной цикл. Тот факт, что мусульманская община объединилась и оплатила все похороны — как раз та информация, которую нужно было донести. Мы хотели рассказать эту часть истории и обратиться к самой трагедии».

Уайли отмечает, что «отсутствие веры у Робби и, возможно, его желание обрести какую-то веру» затрагивались в первом сезоне, и это была линия, которую они хотели исследовать дальше, и то, во что он сам хотел глубже погрузиться.
 
«Мы вообще не говорим о родителях Робби, но упоминаем, что его воспитывали бабушка с дедушкой. А Яна — бабушка, так что ее энергия очень знакома Робби, — говорит Уайли. — Их взаимодействие позволяет увидеть степень расслабленности и близости, которую он редко проявляет с кем-либо еще. Между ними есть культурная общность, схожее чувство юмора, сарказм, цинизм. Все это их объединяет, и поскольку он с ней не настороже, когда она подвергает сомнению его поступки и задается вопросом, не кризис ли среднего возраста у него или это крик о помощи, сцена становится первой в серии потрясений, которые заставляют Робби усомниться в своей решимости».
 
Источник: Variety